Приёмная дочь обобрала собственного опекуна?

В Онлайн Вологду обратился вологжанин. Мужчина в возрасте 77 лет остался без имущества и недвижимости.

В Онлайн Вологду обратился мужчина в возрасте 77 лет и рассказал нам свою историю.

«Меня зовут Сафиулин Валерий Хабибович. Я родился в 1940 году в городе Паланга Литовской ССР в семье советского офицера, начальника погранзаставы.

В первый день Великой отечественной войны мой отец принял бой на границе и был ранен и оказывается попал в плен, а маме пришла похоронка, что отец погиб.

Мама с двумя детьми на руках пол года добиралась до Вологды. Когда нас привезли в Ярославль, за нами приехали мамин отец и брат, чтобы подтвердить родство. В Вологде мы жили в маленькой квартире на Набережной VI Армии. На 20 кв.м. жили 7 человек, жили дружно, не ругались, мама получала офицерский паек и работала.

В 1947 году пришло письмо, что отец жив и сидит в лагере для военнопленных, и дали ему 18 лет без права переписки. А маму по доносу «доброжелателей» вызвали в НКВД, что она получала офицерский паёк за «погибшего» отца. Мама принесла «похоронку», но слушать её никто не стал, ей дали 10 лет лагерей.

Нас воспитывала бабушка, дед и мамины братья. Вот так и прошло моё детство.

В школе я учился хорошо, занимался спортом, очень любил лыжи, особенно прыжки с трамплина и горнолыжный слалом. Ещё в школе я выиграл первенство России среди юношей. После школы я поступил в педучилище на факультет физического воспитания и закончил его с отличием. Я участники призёр спартакиад СССР, был зачислен в резерв Олимпийской сборной по прыжкам с трамплина, участвовал в открытии трамплинов в г. Горький и г. Томске.

Всю свою сознательную жизнь я проработал в средней школе-интернате учителем физкультуры. Имею награды, грамоты «Народный учитель», «Отличник народного просвещения», награжден двумя грамотами Министерства просвещения СССР я отдавал все силы и знания своим ученикам. За время работы в интернате своими силами построил и содержал стадион и хоккейный корт.

В 1969 году я женился на Ольге и прожил с ней почти 47 лет. Своих детей у нас не было, и мы взяли из интерната четырёх девочек под опеку, не усыновляя их. Всех подняли на ноги, дали образование, помогли с квартирами. А одной из них - Анне дали первоначальный взнос на квартиру 1 миллион рублей, вообщем всех выпустили в жизнь достойными людьми. Анна Михайловна закончила Вологодский институт экономики и права, вышла замуж и взяла мою фамилию (разрешения на это я не давал). Сейчас она работник Федеральной службы исполнения наказаний России, целый майор.

А в 2016 году я овдовел и попал в трудное положение. В первый день после смерти жены Анна вывезла из дома все документы, золотые украшения жены и забрала мою банковскую карту, объяснив это тем, что пользоваться ей я не умел. После похорон Анна с семьей решила переехать в мою квартиру, объяснив это тем, что она будет ухаживать за мной. Я был не против, она готовила, прибирала, возила меня в деревню, пока я ей не подписал дарственную на квартиру и дом в деревне. В день моего вступления в наследство Анна уже приготовила договор дарения и после визита к нотариусу мы поехали оформлять наследство и я подписал договор дарения не читая, так как я ей полностью доверял. Я ей подписал доверенность, чтобы она занималась наследственными делами.

Она продала мой автомобиль, а деньги забрала себе, сказав, что будет везде меня возить. Со сберегательной книжки жены были сняты деньги – 600 тысяч рублей, которые Анна взяла на «хранение». Деньги она так и не вернула. Сразу начались скандалы, ругань. Ей стало всё не так, Анна стала подпаивать меня какими то «витаминками». Я стал себя плохо чувствовать и обратился к двоюродной сестре за помощью. Она посоветовала обратиться к адвокату. После звонка адвоката Анна устроила скандал, и я «неожиданно упал» с лестницы. Я был в синяках и ушибах. Это видели друзья, но я не зафиксировал в травмпункте. Я написал заявление в полицию и дознаватель посоветовала сдать анализы. В моче обнаружили фенобарбитал (противосудорожное, снотворное, седативное средство). Потом Анна Михайловна вывезла всю мебель из квартиры, постельное бельё, полотенца и забрала ключи от дома в деревне. А после этого сделала ремонт у себя в квартире и уехала.

И остался я гол как сокол: без жилья и денег, которые я зарабатывал всю жизнь работая без отпусков и подрабатывая на 2-3 работах. Сейчас я живу один, сам себе готовлю, прибираюсь и хожу на работу, хотя мне уже 77 лет. За квартиру и дом в деревне оплачиваю все счета.

В апреле 2018 года я написал заявление о признании договоров дарения недействительными, а августе 2018 года судья Леонова Ирина Михайловна отказала мне в удовлетворении этого искав полном объеме, так как мной якобы «не представлено доказательств того, что стороны, заключая оспариваемые договоры, преследовали иные цели, чем предусматривают договоры дарения». Какие ещё доводы нужно привести этой судье я не знаю, но в 2010 году эта же судья приняла решение о внеочередном выделении Анне Михайловне от Администрации города Вологды квартиры по социальному найму, как «детям-сиротам и детям оставшимся без попечения родителей».

Я до сих пор не могут возбудить уголовное дело по возврату денежных средств украденного имущества, хотя по гражданскому кодексу Анна вступила в дарственную только на «стены», а всё что внутри принадлежит мне.»

Сейчас мужчина пытается добиться справедливости: признании договоров дарения не действительными и применении последствий недействительности сделок.

Авторизуйтесь, чтобы добавить комментарий.

Согласно ФЗ-152 уведомляем вас, что для функционирования наш сайт собирает cookie, данные об IP-адресе и местоположении пользователей. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт.